Что делает «доброго самаритянина» хорошим

Ваш добрый поступок в течение дня — будь то протянуть руку незнакомцу или уступить свое место в метро — может побудить окружающих увидеть вас хорошим и заслуживающим доверия человеком, но не всегда. В определенных обстоятельствах он может возыметь обратный эффект.

Новое исследование, опубликованное в журнале «Psychological Science», ведущем журнале Ассоциации психологической науки, показывает, что тот, кто помогает совершенно незнакомому человеку, обычно считается морально лучше и заслуживает доверия, чем тот, кто помогает члену семьи. Но это верно только в том случае, если помощнику не пришлось выбирать между этими вариантами.

В ходе серии из пяти онлайн-экспериментов команда исследователей психологии из Бостонского колледжа и Гарвардского университета привлекла более 1300 добровольцев и попросила их оценить несколько сценариев «добрый самаритянин». Цель состояла в том, чтобы определить, учитывают ли семейные обязательства повседневные суждения людей о нравственном характере, и если да, то каким образом.

В каждом из этих сценариев исследователи манипулировали одним конкретным элементом: был ли человек, которому помогали, незнакомцем или, наоборот, был отдаленно связан с человеком, протягивающим руку. Добрые дела, представленные в тестах, были простыми любезностями, такими как помощь кому-то переехать в новую квартиру. Они не требовали чрезвычайных физических или финансовых жертв.

В одной серии тестов участники читают сценарии, в которых может помочь только один человек — незнакомец или родственник. Люди, помогавшие незнакомцу, были оценены как более нравственно хорошие и заслуживающие доверия, чем люди, помогавшие столь же достойному члену семьи.

«В этих случаях мы обнаружили, что восприятие морального характера помощника явно менялось в зависимости от того, была ли его помощь направлена на члена семьи», — сказал Райан МакМанус, аспирант второго курса Бостонского колледжа и ведущий автор статьи. Дополнительные члены исследовательской группы включали Лиан Янг, доцента психологии в Бостонском колледже, и Макса Клеймана-Вейнера, аспиранта в Гарвардском университете.

«При прочих равных люди, которые помогали незнакомцу, были признаны более нравственными и заслуживающими доверия, чем люди, которые помогали члену семьи», — сказал МакМанус.

Во второй серии тестов участники столкнулись с похожими сценариями, за исключением одного различия: помощник должен был выбирать между оказанием помощи незнакомцу или члену семьи. Помочь одному означало отказаться от помощи другому.

Добавление этого выбора или/и полностью изменило результат. Участники пришли к выводу, что люди, которые решили помочь незнакомцу вместо члена семьи, были менее нравственно хорошими и менее заслуживающими доверия, чем люди, которые решили помочь члену семьи.

«Что нас поразило, так это то, насколько четко изменились суждения участников, когда они рассматривали эти акты доброты через призму выбора между родными и незнакомцами», — сказал МакМанус.

Исследователи считают, что эти, казалось бы, противоречивые суждения о характере на самом деле связаны одним принципом: семейное обязательство.

Эта же концепция была перенесена в третью серию тестов, в которых люди просто решили вообще не предлагать помощь (например, предпочитая играть в видеоигры, а не помогать соседу переехать в новую квартиру). В этих случаях люди, которые игнорировали потребности незнакомца, были оценены менее критично, чем люди, которые отказывали в помощи члену семьи.

«Главная идея этой работы заключается в том, что с точки зрения третьей стороны то, как мы думаем о нравственном характере других, зависит от того, на кого направлено их полезное или бесполезное поведение», — заключил Макманус.

Команда планирует продолжить свои расследования, изучая роль обязательств в суждении при сравнении близких родственников с более отдаленными отношениями.


Источник
Перевод: Психологический центр SmartPsy

Вверх